Чудо севера

12.03.2016 
Так называл Ксенофонт Уткин берестяную урасу в предисловии к альбому «Мо5ол ураha» Мандара Уус – Бориса Федоровича Неустроева, выпущенному издательством «Бичик» в прошлом году.
А если развернуть мысль Ксенофонта Дмитриевича, то получится замечательная вещь – обобщенный портрет северного человека на протяжении веков: «Сделанные талантливыми руками, проникнутые высокими идеями вселенского разума, вековыми традициями и немеркнущим духом народа рисунки, узоры, орнаменты представляют собой шедевры искусства, говорят о высокой духовности народа. Могол ураса во всем ее великолепии ничем не хуже знаменитых минаретов великого Востока. Можно даже особо подчеркнуть утонченную красоту узоров». А вот что пишет Глава Республики Саха (Якутия) Егор Борисов, ориентируя людей на восприятие нового альбома мастера: «Думаю, что сейчас наступило время исполнения светлых помыслов Дмитрия Кононовича (Сивцева Суорун-Омоллоона) и многих других замечательных людей нашего народа, и именно мы можем реально это осуществить. Нельзя более откладывать и медлить – упустим нужное нам время. Общими усилиями, установив уникальное строение, мы возродим одно из вершинных творений материальной культуры саха, и оно станет в один ряд с величайшими памятниками материальной культуры других этносов». Итак, «Немеркнущая путеводная звезда, Северное чудо – берестяная Могол ураса» должна в скором будущем предстать во всем своем великолепии перед взором современного человека. К этому сводится смысл полувекового труда народного мастера Бориса Федоровича, на это ориентирует свой народ Глава республики и даже опасается, что можем упустить нужное время. Меня же волнует несколько иное видение Могол урасы.

Мастер убежден, что точно так же, как великое Олонхо объявлено шедевром нематериальной культуры человечества, Могол ураса является величественным памятником материальной культуры северян. Объявленные «чудесами света» достижения материальной культуры других народов созданы из камня, потому сохраняются тысячелетиями. В отличие от холодного камня береста – живой материал, и ее жизнь соизмерима с продолжительностью земной жизни человека, но, видимо, действительно с ней связана великая таинственная сила жизни. Мастер, исходивший почти всю территорию Якутии, свидетельствует о наличии десятков становищ урасы в каждом улусе, а сколько было их в действительности – должно быть, много.
Мандар Уус, отвечая на вопрос, для  чего необходимо восстановить Могол урасу, обращает внимание читателя на две жизнеобразующие сферы – материальную и нематериальную, которые представляются мастеру, как обе ноги народа саха. Только так народ может прочно встать на обе ноги и уверенно идти вперед в своем развитии, и с этим трудно не согласиться. Но народ является таковым как подлинный и единственный носитель объективного духа, то есть того, что может быть высказано о народе. Поскольку народ - понятие достаточно отвлеченное, то проще оперировать понятием объективного духа, которое непосредственно связано с историей духовной жизни конкретного человека, конечно если этот человек является подлинным детищем своего народа. На самом деле ситуация достаточно сложная для народа саха, не каждый якут принимает и считает себя полномочным выразителем объективного духа народа саха. Развитие истории духовной жизни конкретного человека может привести к объективации личной духовной жизни. Будет совсем  хорошо, если объективированный  дух человека связан с историей объективного духа народа, поскольку последний может быть осмыслен только как единый организм вместе с личным объективированным духом.

Я пишу об  этих абстрактных понятиях философии, только лишь потому что адекватная оценка творчества мастера Мандар Уус возможна лишь в контексте как истории, так и  перспектив объективного духа народа саха. Сложность ситуации можно проиллюстрировать на простом примере. Вот уже почти 10 лет народ саха с огромным удовольствием говорит, что олонхо как нематериальное наследие наших предков является шедевром человечества. И это здорово, имеем право! Но мы как достойные наследники достойных предков должны превратить олонхо в атрибут духовной жизни каждого представителя народа саха, это важно, особенно после векового духовного скитания народа. Но, к сожалению, «возвращения блудного сына» в отчий дом даже, кажется, в помыслах нет. В лучшем случае ученые занимаются зарабатыванием денег, например, переводом олонхо на другие языки. Это похвально, но не более. Олонхо нужен прежде всего нам и только нам, народу саха.
История духовной жизни мастера Мандар Уус достаточно хорошо освещена в средствах массовой информации, он известен своему народу прежде всего как человек, который реабилитировал язык «узора и орнамента» в культуре. Материализованным выражением объективации личного духа мастера явился альбом «Узоры и орнаменты саха», изданный в 2007 году и широко освещенный в средствах массовой информации. Постановка вопроса о соответствии объективированного духа мастера истории объективного духа  своего народа даже не этична по звучанию, поскольку духовными учителями мастера были его отец – импровизатор олонхо, близкие, родные люди наслега Баяга, известный краевед Е. Д. Андросов, а в последующем – народный писатель Якутии Д. К. Сивцев Суорун-Омоллоон. За полвека он исходил сотни, тысячи километров вдоль  и поперек бескрайних просторов  Якутии в поисках того, что сохранилось от предков. Вот характерный фрагмент из того, что делал мастер. Сунтарский улус, Тойбохой, 1972 год. Мастер описывает, как случайно наткнулся на основные столбы урасы, бредя  по мелкой воде широкой травянистой речки: «Прошел бы мимо, но обратил внимание на толщину остатков деревянных столбов, и по вырубленным колдобинам на верхушке определил, что это основные столбы урасы. С большим трудом откопал мокрый, весь опутанный травой столб и срисовал. Других остатков я не нашел, но если бы и нашел, то сил больше не было откапывать». И далее мастер размышляет: «Трудно даже предположить, сколько сил, энергии, усидчивости, скрупулезной, почти ювелирной работы, умения, мастерства требовалось для создания такого великолепного узора по дереву без специальных инструментов… Стремление к прекрасному, потребность в созидании прекрасного наших предков просто поразительна. Они завещали нам прекрасное. К завещанному мы не всегда относились с должным вниманием. Было и время разрушения урасы как «пережитка старой жизни». И теперь  приходится откапывать из земли то, что уцелело.

Рано или поздно наступит светлый день установки Могол урасы в Хрустальной юрте, не сомневаюсь и в том, что народ будет восхищен,  хотя бы потому что восхищение много не требует, достаточен уровень распознавания, не нужно воспроизводить и тем более оперировать. Это как бы тестовая проверка на знания обучаемых, в плену которой оказалась система образования. Альбом  мастера Мандар Уус  «Мозол ураhа» прекрасен, как песнь, воспевающая Могол урасу, но по большому счету он есть технология создания берестяной урасы, чтобы каждый северянин при желании мог создать такое.

Захочет ли современный представитель народа саха жить в туос урасу, созданной его же руками?
Великие чудеса света: пирамида Хеопса, Стоунхендж, Айа София, Тадж Махал, Собор Святого Петра, Боробудур все  вместе и каждое в отдельности выражают желание людей выйти за пределы человеческого опыта, прикоснуться к вечному. Точно так же северяне искали высший смысл семейной жизни за пределами реального мира, соприкасаясь с небесами, и создали храм семьи – Могол урасу.

Профессор А. С. Саввинов
Количество показов: 23
КОММЕНТАРИИ


Возврат к списку
Проект компании
"Инфомастер"
www.im14.ru